Мистер Джойс слегка нахмурился. -- Так нельзя, возьмите себя в руки. -- Ничего, я держусь. -- Вы сегодня виделись с женой? -- Нет, свидание днем...
Уильям Сомерсет Моэм (William Somerset Maugham)
«Записка»
Птичка поет -- и я спою. Пой, птичка, -- и я спою... Однако сейчас -- пора исцеления. Исцеления от ожидания, избавления от противления, спасения..
Юкио Мисима (Yukio Mishima)
«Философский дневник маньяка-убийцы, жившего в средние века»
Отныне ему уже нельзя было разбрасываться по мелочам, он нуждался в полном покое. Потому и жил отшельником: надо было полностью сосредоточиться на своем труде...
Лагерквист Пер (Lagerkvist Per)
«Летописец»
Смотрите также:
Краткая летопись жизни и творчества Марка Твена
Семен Киперман. Марк Твен, Все на свете смертно, кроме еврея
Владимир Матлин (Вирджиния). Марк Твен и я
Вы читаете «No 44, таинственный незнакомец», страница 2 (прочитано 1%)
«Простофиля Вильсон», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«На школьном холме», закладка на странице 10 (прочитано 75%)
«The Awful German Language», закладка на странице 10 (прочитано 60%)
«Путешествие капитана Стормфилда в рай», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Человек, который совратил Гедлиберг», закладка на странице 10 (прочитано 24%)
«Приложения к книге "Пешком по Европе"», закладка на странице 10 (прочитано 38%)
«Басня», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Детектив с двойным прицелом», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Диковинный сон», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«В защиту генерала Фанстона», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Монолог короля Леопольда в защиту его владычества в Конго», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Моим критикам-миссионерам», закладка на странице 10 (прочитано 64%)
«История Мэйми Грант, девочки-миссионера», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Три тысячи лет среди микробов», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Наследство в тридцать тысяч долларов», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Запоздавший русский паспорт», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Когда же они наконец
являлись, казалось, сам господь бог сошел на землю, а вместе с ним - блеск и
великолепие царствия небесного. Их отъезду сопутствовала мертвая тишина,
будто все погружалось в глубокий сон после неистового веселья.
Эзельдорф был раем для нас, мальчишек. Ученьем нас особенно не
морочили. Внушали, что надо быть добрым католиком, чтить деву Марию, церковь
и святых мучеников превыше всего, благоговеть перед монархом, говорить о
нем, понизив голос, со священным трепетом, обнажать голову перед его
портретом, почитать благодетелем, дающим хлеб наш насущный и все земные
блага, и сознавать, что мы посланы в этот мир с одной-единственной целью -
работать на него, проливать за него кровь, отдать за него жизнь, если
потребуется. Тот, кто затвердил эти истины, мог не утруждать себя более: по
сути дела, ученье было под запретом. Священники проповедовали, что знание
пагубно для простых людей, ибо при многой мудрости возникает недовольство
участью, уготованной богом, а бог не терпит, когда люди ропщут на его,
божье, предопределение. Эту истину священникам открыл сам епископ.
Именно недовольство едва не погубило Гретель Маркс, вдову молочника;
она возила молоко в город на базар и сама правила тележкой, запряженной
двумя лошадьми. В Эзельдорфе поселилась женщина-гуситка по имени Адлер; она
тайком обошла всю деревню и заманила несколько глупых неискушенных людей к
себе в дом - послушать как-нибудь вечерком "Подлинное послание господа", как
она выразилась. Адлер была коварная женщина: выискала тех немногих, кто умел
читать, и улестила их, нахваливая их ум, уверяя, что только таким, как они,
впору понять ее учение. Так она мало-помалу собрала у себя десять человек и
еженощно отравляла их своей ересью. Дала каждому домой переписанные
гуситские проповеди и убедила, что читать их вовсе не грешно.
Как-то раз отец Адольф{2} шел мимо дома вдовы и увидел, что она, сидя в
тени каштана, росшего перед окнами, читает греховную писанину. Отец Адольф
служил господу шумно, усердно и рьяно, всегда старался выставить себя в
лучшем свете, надеясь дослужиться до епископа; он вел слежку за всем
приходом, глаз не спускал не только со своей паствы, но и с чужой; он был
беспутный, злобный, нечестивый, а в остальном хороший человек - так все
вокруг считали. Имелся у него особый дар - он был мастер поговорить; язык у
него был острый, язвительный и, пожалуй, немного грубый - впрочем, так
считали только недруги: его шутки были, право же, не грубей, чем у других.
Отец Адольф состоял в общинном совете и всех там прибрал к рукам; хитрыми
уловками он всегда добивался своего, это, конечно, злило остальных; досадуя,
они за спиной награждали его обидными прозвищами "племенной бык", "услада
ада" и прочими, но так уж повелось: лезть в политику - все равно что,
заголившись, соваться в осиное гнездо.
Страницы: (149) : 123456789101112131415 ... >>
Тем временем:
... -- "Убийство?" -- "Все окрестности обшарили". -- "Похищение?"
-- "Да кто его мог похитить? И с какой стати? Что он -- богач какой--нибудь
или важная шишка? Их показывали по телеку. Жену его, ребятишек. Полная
безнадега. Представляешь?"
Тут она заметила Шанталь:
-- А вы смотрите по телеку передачи про исчезнувших людей? "Пропавшие
бесследно" -- вот как это называется.
-- Да, -- сказала Шанталь.
-- Тогда вы, наверно, в курсе того, что случилось с семьей БурдьЈ. Они
ведь здешние.
-- Да, это чудовищно, -- согласилась Шанталь, не зная, как перевести
разговор с трагической темы на пошлую проблему ужина.
-- Вы небось хотите покушать, -- догадалась наконец вторая
подавальщица.
-- Ну да.
-- Сейчас позову метрдотеля, а вы пока присядьте.
-- Нет, вы только представьте себе, -- добавила ее напарница, --
человек, которого вы любите, бесследно исчезает, и вам никогда не узнать,
что же с ним произошло! Хочешь не хочешь, а крыша поедет!
Шанталь вернулась к себе за столик; метрдотель появился минут через
пять; она заказала совсем простенький холодный ужин; она не любила есть в
одиночку, она, ах, она терпеть не могла есть в одиночку!
Она резала ветчину и все никак не могла отделаться от мыслей,
пробужденных официантками: как это может случиться, что в мире, где каждый
наш шаг контролируется и регистрируется, где люди без конца натыкаются друг
на друга, где в супермаркетах за нами следят телекамеры, где человеку не
дадут даже заняться любовью, не напустив на него анкетчиков и репортеров
("где вы занимаетесь любовью? сколько раз в неделю? с презервативом или
без?"), -- как это может случиться, чтобы кому-то удалось ускользнуть из-под
контроля и исчезнуть без следа? Да, она знала эту передачу под наводящим
ужас названием "Пропавшие бесследно" -- единственную передачу, которая
обезоруживала своей искренностью и печалью, словно во время нее какая-то
неведомая внешняя сила вынуждала телевизионщиков отставить в сторону свою
обычную развязность; в которой диктор серьезным тоном обращался к зрителям с
просьбой сообщить хоть что-нибудь, что помогло бы напасть на след
исчезнувшего...
ресурс http://www.twen.ru/