 |
; Мы, конечно, не преминули посмеяться над паном Затурецким, чье высокородное имя нас буквально зачаровывало; однако наши шутки были вполне благодушными, поскольку фимиам..
Милан Кундера (Kundera Milan)
«Смешные любови»
Он производил не очень приятное впечатление, и, будь здесь еще кто-нибудь, с кем можно было бы поболтать, я бы сразу от него ушел...
Джером Клапка (Jerome Klapka)
«О вреде чужих советов»
И всему, что только может вообразить. Проза Кортасара парадоксальна и ассоциативна, точна и неуловима, легка и мускулиста, поэтична и образна...
Хулио Кортасар (Julio Cortazar)
«Чудесные занятия»
Смотрите также:
Семен Киперман. Марк Твен, Все на свете смертно, кроме еврея
Краткая летопись жизни и творчества Марка Твена
Владимир Матлин (Вирджиния). Марк Твен и я
Вы читаете «The Awful German Language», страница 10 (прочитано 60%)
«Простофиля Вильсон», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«На школьном холме», закладка на странице 10 (прочитано 75%)
The sad event has cast
a gloom over the whole community.
That paragraph furnishes a text for a few remarks about one of the most
curious and notable features of my subject — the length of German words.
Some German words are so long that they have a perspective. Observe these
examples:
Freundschaftsbezeigungen.
Dilettantenaufdringlichkeiten.
Stadtverordnetenversammlungen.
These things are not words, they are alphabetical processions. And they
are not rare; one can open a German newspaper at any time and see them
marching majestically across the page — and if he has any imagination he
can see the banners and hear the music, too. They impart a martial thrill to
the meekest subject. I take a great interest in these curiosities. Whenever
I come across a good one, I stuff it and put it in my museum. In this way I
have made quite a valuable collection. When I get duplicates, I exchange
with other collectors, and thus increase the variety of my stock. Here rare
some specimens which I lately bought at an auction sale of the effects of a
bankrupt bric-a-brac hunter:
Generalstaatsverordnetenversammlungen.
Alterthumswissenschaften.
Kinderbewahrungsanstalten.
Unabhaengigkeitserklaerungen.
Wiedererstellungbestrebungen.
Waffenstillstandsunterhandlungen.
Of course when one of these grand mountain ranges goes stretching
across the printed page, it adorns and ennobles that literary landscape —
but at the same time it is a great distress to the new student, for it
blocks up his way; he cannot crawl under it, or climb over it, or tunnel
through it. So he resorts to the dictionary for help, but there is no help
there. The dictionary must draw the line somewhere — so it leaves this sort
of words out. And it is right, because these long things are hardly
legitimate words, but are rather combinations of words, and the inventor of
them ought to have been killed. They are compound words with the hyphens
left out. The various words used in building them are in the dictionary, but
in a very scattered condition; so you can hunt the materials out, one by
one, and get at the meaning at last, but it is a tedious and harassing
business. I have tried this process upon some of the above examples.
"Freundshaftsbezeigungen" seems to be "Friendshipdemonstrations," which is
only a foolish and clumsy way of saying "demonstrations of friendship."
"Unabhaengigkeitserklaerungen" seems to be "Independencedeclarations," which
is no improvement upon "Declarations of Independence," so far as I can see.
Страницы: (16) : << ... 2345678910111213141516
Тем временем:
..... Но вы начинаете грезить наяву, мисс Марта!
Теперь, заходя в булочную, покупатель задерживался у прилавка
минуту-другую, чтобы поболтать с хозяйкой. Ее приветливость, видимо,
радовала его.
Он продолжал покупать черствый хлеб. Ничего, кроме черствого хлеба, ни
пирожных, ни пирожков, ни ее восхитительного песочного печенья.
Мисс Марте казалось, что он похудел за последнее время, стал какой-то
грустный. Ей так хотелось добавить чего-нибудь вкусного к его скудным
покупкам, но всякий раз мужество покидало ее. Она не осмеливалась нанести
ему обиду. Ведь эти художники такие гордые.
Мисс Марта стала появляться за прилавком в шелковой блузке - белой,
синим горошком. В комнате позади булочной она состряпала некую таинственную
смесь из айвовых семечек и буры. Многие употребляют это средство для
придания белизны коже.
В один прекрасный день покупатель зашел в булочную, положил на
прилавок, как обычно, монету, в пять центов и спросил свои всегдашние
черствые хлебцы. Мисс Марта только протянула руку к полке, как вдруг на
улице раздался рев сирены, грохот колес, и мимо булочной пронеслась пожарная
машина.
Покупатель бросился к двери, как сделал бы каждый на его месте. Мисс
Марта, осененная блестящей мыслью, воспользовалась этим.
На нижней полке под прилавком лежал фунт сливочного масла, которое
молочник принес ей минут десять назад. Мисс Марта надрезала ножом черствые
хлебцы, вложила в каждый по солидному куску масла и крепко прижала верхние
половинки к нижним.
Когда покупатель вернулся от двери, она уже завертывала хлебцы в
бумагу.
После коротенькой, но Особенно приятной беседы он ушел, и мисс Марта
молча улыбнулась, хотя сердце у нее билось неспокойно.
Может быть, она слишком много себе позволила? А что, если он обидится?
Нет, вряд ли! Съедобные вещи не цветы - у них нет своего языка. Сливочное
масло вовсе не обозначает нескромности со стороны женщины...
О.Генри (О. Henry)
«рассказы из сборника «Всего понемножку»»
ресурс http://www.twen.ru/
